Back to all Post

МАРК ВЕРЛАН. ЭЛЕГИЯ…

Уход самого яркого молдавского художника, работающего в сфере современного искусства стал огромной потерей для всего европейского культурного пространства, в том числе и Румынии, где неоднократно проходили его персональные выставки. Культурный обозреватель adevarul.ro Дойнел Трончу написал большой материал – прощание с Марком Верланом, которого знал лично…

Бессарабский художник, внезапно покинувший этот мир в новогоднюю ночь в возрасте 57 лет, был представителем андеграунда и по сему не мог быть включен ни в какую художественную или общественную систему. Он был из той «породы» творцов, которого при жизни обошла участь «официального» признания и которому лишь после смерти суждено стать легендой и получить статус «культового» художника.

Известие о кончине Марка Верлана, в первый день Нового года оглушило буквально всех, кто его знал. Как будто и без того печально «знаменитый» 2020 год не мог пройти и исчезнуть, не забрав с собой жизнь этого во всех смыслах неординарного человека. Марк Верлан был до такой степени нестандартной личностью, что многие поверили в то, что художник лишь «инсценировал» собственную смерть, и что мы имеем дело с тщательно продуманным перформансом его личного бренда M.V.

На самом деле, никому непокорный художник умер так же, как жил, сделав свой уход последним произведением искусства…

Буратино превыше всего…

Русскоязычный кишиневец Марк Верлан – был самой яркой частью художественного андеграунда – советского и постсоветского. В целом, Марк – человек и «продукт» СССР, который, как написала куратор его последней виртуальной выставки Наталия Шмургун «в ироничной и саркастической форме отражает постсоветские изменения и реалии».

Не зря большая часть постсоветских работ Верлана «подпитывается» множеством политических и художественных «мифов», оставленных «социалистическим порядком». Я бы назвал это «постмодерном», если бы не «серьезность» и радикализм Марка Верлана, уводящими его от такого понятия.

Один из любимых персонажей художника – Буратино. Деревянная кукла, гротескное подобие человека, придуманное Алексеем Толстым на полотнах Верлана отлично «сочетается» с фигурами вождей мировой революции. Опекающая политика «государственного коммунизма» встречается с Лениным и Сталиным в окружении полуразрухи, разрозненных остатков некогда процветающей системы, которая агонизирует и у всех на глазах становится призраком.

«Сын дождя»

Марк Верлан был «неформатным» художником, предпочитающим отказываться или избегать любой «институциональной» классификации, чтобы иметь возможность сохранить свободу творчества, и в конечном счете, свободу собственного существования. Его псевдоним говорит сам за себя- «Мариока- сын дождя». Когда вы говорите кому -то на румынском – «ты – сын дождя», вы обозначаете его как человека, лишенного рациональности, какой-либо интеграции, стабильной приверженности, и я подозреваю, что именно это значение вкладывал в свое «имя» Марк Верлан.

Это подтверждает и актриса Нелли Козару, в своем комментарии, оставленным в Facebook сразу же после внезапной смерти мастера: «Я вспоминаю, как устраивали первые перфомансы в нашей стране. Марк продвигал и заставлял нас осознавать современное искусство, он был настоящим новатором, пионером! И очень смелым художником! Несколько лет назад я позвонила ему и спросила, не хочет ли он преподавать перформанс студентам в Академии художеств. При его скромности идея быть учителем казалась странной; он обещал, но не пришел … Царствие ему небесное!».

Художник-провидец

Жизнь затворника наложило отпечаток на творчество Верлана и на материалы, с которыми он работал. В его случае «ВСЕ могло стать предметом искусства» и этот факт выходит за рамки уже банального и используемого Марселем Дюшаном представления о готовом. Та же Наталия Шмургун отмечает:

«Марк Верлан – художник-экспериментатор. Любую найденную вещицу – будь то старые ботинки, железяку или простую веточку дерева, он может запросто превратить в крутой арт -объект, наполненный эстетикой и множеством иррациональных смыслов».

Фактически, все это ощущалось и на выставке, организованной для бессарабско-русского художника осенью 2019 года в Бухаресте в Galeria Posibilă.

Много сил и средств тогда было потрачено на «визионализм» работ – наглядную концепцию, которая очень хорошо «работает», когда имеешь дело с таким субверсивным и непокорным художником как Марк Верлан. По словам Виктории Надь Вайда, организовавшей его выставку и приезд в Румынию, а также последнюю «виртуальную» экспозицию ещё « в 90-е годы Верлан предвидел проблему глобального потепления, представляя серию работ с подводными города – Нью-Йорком, Москвой , и человеком, который находит способы адаптироваться к любым условиям, продолжая нормальную жизнь даже под водой, со своим спутником жизни, в окружении бутылок с вином и конфет. Похоже, что и в 2000-х гг, когда Верлан написал портрет Путина в образе римского императора, он предсказал, его намерения надолго остаться у руля Кремля.

Он изобразил Путина в мантии Цезаря, великолепно входящего в Сенат, чтобы открыть свое заседание по случаю изобретения машины времени. Улыбка на лице иллюстрирует его желание безраздельно и единолично властвовать».

О неканоничности Верлана

Однако, я осмелюсь предположить, что, помимо «скоропалительной моды на Верлана» которая последует вскоре после его неожиданной смерти (планируется большая выставка в Художественном музее в Кишиневе, которая потом пройдет в Бухаресте), его имя через некоторое время снова погрузится в анонимность, точнее, в андерграунд, из которого он и вышел. Так обстоят дела со многими подобными художниками, которые, даже если в какой-то момент и пользуются некоторым “академическим” вниманием, возвращаются в “андеграунд”, не привлекая интереса широкой публики, потому что их личности и творчество структурно не приспособлены к таким вещам.

В конце концов, они становятся «легендами» в четко определенной среде или так называемыми «культовыми художниками».

Уход Марка Верлана многие называют «невосполнимой утратой визуальной культуры всего европейского пространства», но я думаю, что он так и останется в «пантеоне» игнорируемых и мало понятых художников. И знаете, что? Я думаю, так ему будет лучше!

Моя встреча с Верланом

Это событие произошло осенью 2019 года, точнее в сентябре, когда Виктория Надь Вайда, президент Ассоциации культуры и искусств Arbor лично привезла в Бухарест двух бессарабских художников из Кишинева – молдаванина Геннадия Попеску и русского Марка Верлана. Они были не только разными по национальности, но также по подходу к постсоветскому пространству и тем реликвиям, которые остались после развала СССР. Совместная выставка двух мастеров названная «Вектор «Запад – Восток», проводилась в галерее «Posibila» и в галерее принадлежащей Ассоциации Arbor, точнее Виктории Надь Вайда.

Пропущенная встреча

Помню, что я не присутствовал на открытии выставки, потому что в тот вечер, у меня был просмотр … «Ла Гомера», нового фильма Корнелиу Порумбою. Но я успел посетить выставку в ее последний уик-энд – к сожалению, она проходила всего две недели. Мне и моим друзьям представили каждую картину Верлана, которыми я был чрезвычайно впечатлён.

Тем не менее, спустя два дня я присутствовал на творческой встрече художников в Seneca AntiCafe (модератором которой был Эрвин Кесслер и сопровождался запуском двух каталогов, посвященным этим двум художникам), а затем на ее «after- party» в узком кругу, с друзьями Владом Болоканом и Элизой Здру. Но это была одна из тех «пропущенных встреч» (я имею в виду Марка Верлана). Марк говорил только по-русски, что ограничивало наше общение с самого начала, и я провел весь вечер с Геннадием Попеску, разговаривая с ним на традиционном румынском языке. Вдобавок у Марка был вид гордости, закрытости, «пребывания в своем мире», что затрудняло наше сближение. Однако в тот момент я был уверен, что когда-нибудь обязательно приеду к нему в Кишинев, в его «рабочую среду», я не думал, что это была наша последняя встреча.

«Поцелуй эту землю. Это свято!»

И все-таки… В тексте, который я написал на следующий день после этого события под заголовком «Et in Bessarabia ego», я также описываю свой первый контакт с Молдовой, точнее с Кишиневом, хотя они и кажутся несвязанными. Теперь, я рассматриваю эти слова, которые я приведу ниже, как дань в том числе и Марку Верлану.

«Когда я впервые приехал в Кишинев, в конце июня 2011 года, первое, что я сделал, после того как освободился и покинул отель, пошел увидеть своими глазами Центральную площадь, где произошли ужасные события 7 апреля 2009 г.

Я хотел поцеловать эту землю, я жадно вдыхал воздух, как будто через два года я все еще чувствовал запах крови молодых бессарабцев…».

TheOpen-Art.com – площадка для виртуальных выставок. Выставка «Мариока- сын дождя» открылась 31 декабря, а 1 января стало известно о трагической смерти художника.

Проекты Arbor Association по использованию наследия и памяти Марка Верлана будут продолжены, и, помимо того, что я написал выше в несколько «метафизическом» ключе, я желаю им большого успеха.

Дойнел Тронару, доктор в кинематографии и медиа, один из ведущих культурных обозревателей и кинокритиков Румынии. Начал свою деятельность в 1995 году. Работал с такими изданиями как „România liberă”, „Evenimentul zilei”, „Cotidianul”, “Adevărul”. Начало формы

Перевод с румынского: Наталия Шмургун, журналист-культуролог, автор страницы «Люблю Живопись»

Add Your Comment

The Open Art © 2020. All Rights Reserved